Фундаментальные вопросы проблемы функциональной асимметрии мозга человека — это вопрос о том, какая закономерность лежит в основе разделения функций между двумя полушариями; вопрос о том, какая закономерность объединяет функции, сконцентрированные в одном полушарии; вопрос о том, как возникла функциональная асимметрия; наконец, вопрос об адаптивном значении этой особенности организации мозга.
Попытка-ответить на эти вопросы поставила меня перед проблемами, далеко выходящими за рамки собственно функциональной асимметрии мозга: это отличие психической деятельности человека и животных, эволюций психической деятельности человека, и проблема философская — что есть психическая деятельность человека. При всей очевидности фактов, относящихся к упомянутым проблемам, ответ на поставленные вопросы отнюдь не лежит на поверхности. В этой лекции я рассмотрю два сопряженных, с моей точки зрения, вопроса: закономерности функциональной асимметрии мозга человека и пути эволюции психической деятельности человека. Я отчетливо осознаю, что ответы, которые я дам, ни в коей мере не будут исчерпывающими и наверняка не лучшими из тех, которые могут быть даны.
Ушло в прошлое то время, которое я еще застал, когда ответ на вопрос о сущности асимметрии был прост и однозначен. Считалось, что левое полушарие ответственно за все виды психической деятельности, оно «доминантное» или «большое»; правое полушарие собственных психических функций не имеет, оно — подчиненное, «недоминантное» или «малое». Ушло в прошлое и то время, когда общепризнанным было упрощенное представление о функциональной специализации полушарий: предполагалось, что одни виды психической деятельности целиком и полностью связаны с левым полушарием, например, речь; другие — с правым, например, восприятие пространства. Сегодня можно с уверенностью утверждать, что в осуществлении любого вида психической деятельности — будь то речь или отображение пространственных отношений — принимают участие оба по-

лушария. Столь же очевидно, что правое и левое полушария не дублируют друг друга, а обеспечивают разные стороны, разные аспекты единой психической деятельности.
Однако простых и однозначных объяснений асимметрии, как это было в прошлом, нет. В настоящее время в литературе можно обнаружить множество конкурирующих гипотез и утверждений относительно сущности асимметрии функций полушарий. Как правило, они формулируются в виде дихотомий или оппозиций, противопоставляющих полушария по признаку, избранному автором в качестве ведущего. Нередко полушария по-прежнему противопоставляются по признаку территориального размежевания целостных форм поведения: левое полушарие — вербальное, правое — пространственное и т.п. Сюда же примыкает оппозиция: левое полушарие — «интелектуаль- ное», правое — «чувственное». Ряд гипотез кладет в основу дихотомии признак осознанности или произвольности психических процессов: левое полушарие — сознательное, рациональное, объективное, произвольное; правое полушарие — интуитивное, бессознательное, субъективное, непроизвольное. Некоторые гипотезы усматривают главное различие в когнитивных’ способностях: левое полушарие — абстрактное, логическое, теоретическое; правое — конкретное, образное, эмпирическое. Очень распространены представления, согласно которым различия в функциях полушарий носят операционный характер: полушария отличаются лишь способами обработки поступающей информации, а остальные различия носят производный, вторичный характер. Дихотомии, отражающие эти гипотезы многочисленны: левое полушарие — цифровое, дискретное, последовательное, вычислительное, дискриминантное; правое — аналоговое, холистическое, голографическое, структурное.
Приведенный перечень постулатов, утверждений, гипотез далеко не исчерпан, его можно значительно пополнить. Однако и сказанное достаточно убедительно свидетельствует о том, что само изобилие формулировок отражает несформулированность фундаментального принципа асимметрии функций полушарий. По-видимому, чтобы сформулировать такой принцип, нужно прежде ответить на вопрос: в сфере каких функций мозга выявляется асимметрия? Мы знаем, что есть довольно широкий круг функций, одинаковый для обоих полушарий. Так, пороги обнаружения чистых тонов (тональная аудиограмма), острота зрения и многое другое одинаковы у правого и левого полушария. Не различаются полушария и элементарными моторными функциями. Весь опыт изучения функциональной асимметрии мозга человека свидетельствует о том, что асимметрия выявляется в сфере тех функций, которые принято называть психическими.

Это разные формы гнозиса, сложные действия, когнитивные процессы, речь, интеллектуально-мнестическая деятельность, эмоциональное поведение и т.д. Но в таком случае следует определить само понятие психической деятельности, определить, чем психическая деятельность отличается от других форм нервной деятельности, не являющихся психическими.
Современная психология позволяет ответить на этот вопрос. Она утверждает, что психическая деятельность — это'именно деятельность, т.е. совершение определенных операций и действий. Психические операции и действия совершаются, подобно физическим трудовым действиям, над какими-то объектами и с помощью определенных орудий и инструментов. И в этом пункте обнаруживается специфика психической деятельности. Объектами, орудиями и инструментами психической деятельности выступают не сами предметы, а их заместители — знаки. Иначе говоря, психическая деятельность есть знаковый дериват, знаковый дубликат внешней предметной деятельности. Оголенных мыслей не существует. Мысль реализуется, осуществляется в специфическом субстрате — в знаке, например, в слове.
Здесь уместно привести слова крупнейшего филолога, культуролога, мыслителя XX века М.М.Бахтина: «Сознание слагается и осуществляется в знаковом материале... Индивидуальное сознание питается знаками, вырастает из них, отражает в себе их логику и закономерность». Это было сказано в 1930 году. А вот другая цитата, принадлежащая классику семиотики Ч.Моррису: «Человеческая цивилизация невозможна без знаков и знаковых систем... Человеческий разум неотделим от функционирования знаков — а, возможно, и вообще интеллект следует отождествить именно с функционированием знаков». Это сказано в 1936 году. Гениальный психолог Л.С. Выготский еще в начале 1930-х годов утверждал, что знаки и знаковые системы выполняют в психике ту роль, которая в труде принадлежит инструментам, орудиям. По мысли Выготского, подобно тому, как без предметного орудия невозможна трудовая деятельность, так без психического орудия — знака — невозможна психическая деятельность. К этой мысли, этой аналогии я вернусь в конце лекции.
Итак, мышление, психическая деятельность есть знаковая деятельность. А отражение сознанием действительности есть построение знаковых моделей действительности. В таком случае, вопросы, поставленные мною в начале лекции, — о сущности, о фундаментальном принципе функциональной асимметрии — приобретают семиотический характер. Они подлежат формулировке на семиотическом языке, а именно: какими знаками опосредуется деятельность каждого полушария: чем отличаются знаки и знаковые системы, которыми оперируют разные полушария; что представляют из себя знаковые модели, которые строят правое и левое полушария?
Я должен совершить краткий экскурс в область науки о знаках — семиотики. Под знаком понимается чувственно воспринимаемый предмет (явление или действие), выступающий в процессе познания и общения в качестве представителя (заместителя) другого предмета или явления и используемый для приема, хранения, преобразования и передачи информации об этом замещаемом предмете или явлении. Например, слово — знак, и изображенный предмет — знак.
Существует великое множество классификаций знаков. Я буду придерживаться наиболее древней, наиболее универсальной и фундаментальной классификации знаков — разделения их на естественные (или нативные) и искусственные (или артифициальные). К естественным знакам относятся различного рода признаки предметов и явлений, а также сами предметы и явления, интерпретируемые как знаки. Так, след ступни на песке для Робинзона оказался очень важным знаком присутствия человека на необитаемом острове. Дым может выступить в роли знака пожара. Носовой платок Дездемоны в руках Яго явился знаком измены для Отелло. Из приведенных примеров видны особенности естественных, нативных знаков. Ясно, что это объекты, которые имеют природное или искусственное происхождение и которые существуют сами по себе, а не специально для выполнения семиотической знаковой функции. В знаковой роли они выступают при определенных условиях, оказионально. Поясню свою мысль. След ступни на песке или дым появляются вследствие естественных причин. Они могут быть использованы или не использованы как знаки. Дым может быть использован для копчения продуктов, а носовой платок — в случае насморка. И тогда это объекты знаками не являются, хотя и используются человеком. Естественные знаки очень тесно, нерасторжимо связаны с замещаемым объектом. Как правило, они являются частью, аспектом замещаемого объекта. В семиотике это свойство называется непроизвольностью знака. След ступни — знак конкретного человека. Данный человек не может оставить иной отпечаток. Нет дыма без огня — гласит пословица. Дым не может сигнализировать о наводнении, а только об огне.
Вторая категория знаков — искусственные, или артифициальные. Это уже объекты, специально созданные человеком для семиозиса, для выполнения знаковой функции. Например, слова, математические знаки, знаки дорожного движения и т.д. Их отличительной чертой является то, что они не имеют иного существования, кроме знакового. Они не могут быть использованы в иной роли. (Я отвлекаюсь здесь от таких маргинальных случаев, как использование словесных текстов
  1. — Деглин в качестве орнамента в восточной традиции или в авангардистской живописи).

Искусственные знаки, как правило, произвольны, или конвенциональны. Они обычно не связаны природными узами с замещаемым объектом, а обозначают его по соглашению между людьми, конвенции. Один и тот же предмет в разных языках обозначается разными словами. В одном и том же языке одно слово может обозначать разные предметы. В знаках «+» и «—» нет ничего, кроме условий конвенциональной связи с обозначаемыми операциями. Можно условиться, что черточка обозначает сложение, а крестик — вычитание.
Нужно сказать, что непроходимой пропасти между естественными и искусственными знаками нет. Скажем, зеркальное отражение или отпечаток пальца — естественный знак. А фотография? Возникает она в силу естественных оптико-геометрических законов, связана непроизвольной связью с объектом, но используется только как знак. А рисунок, изображение? Это искусственный объект, предназначенный, в основном, для семиотической функции, для замещения объекта. Он тоже непроизволен, т.к. похож на объект, но эта связь слабее — в предельных случаях он может утрачивать сходство с объектом. Естественный и искусственный знаки в чистом виде — предельные случаи. Очень часто знак сочетает в себе признаки и того, и другого. Это важное обстоятельство и его надо иметь в виду.
Я хочу подчеркнуть, что искусственные, артифициальные знаки гораздо совершеннее как знаки, чем естественные. Они намного лучше выполняют семиотические функции.
Я хочу также заметить, что принадлежность знака к тому или иному классу вообще относительна — она зависит от позиции наблюдателя. Предположим, мы обнаружили в какой-то местности письменные памятники на неизвестном языке. Для нас эти письмена выступают в роли естественного знака — свидетельства, что здесь жили люди. Ибо язык является обязательным атрибутом человека и только человека. Таким образом, статус знака определяется позицией интерпретатора. В семиотике это свойство знака называется прагматическим аспектом знака. Это важнейшая его характеристика. В психологическом плане — самая его важная характеристика.
Кратко резюмируем сказанное. Асимметрия функций полушарий проявляется в сфере психической деятельности. Психическая деятельность тесно связана с употреблением знаков, осуществляется в знаковой субстанции. Знаки — орудия, инструменты психики, и в то же время — объекты психических операций. Поэтому можно полагать, что фундаментальные закономерности функциональной асимметрии мозга следует искать в специфике тех знаков и знаковых систем, которые использует каждое полушарие, а также в позиции каждого полушария как самостоятельного интерпретатора знаков.
Мы проводим исследования на больных, проходящих курс электрошоковой терапии; используем при этом унилатеральные припадки. Наряду с этим у нас используются неинвазивные методы исследования на здоровых испытуемых: дихотическое прослушивание, регистрация времени реакций при монолатеральном прослушивании, унилатеральное тахистоскопическое предъявление изображений в боковых полях зрения. Но главный метод — односторонние припадки. Поскольку моя лекция носит обобщающий характер, я буду ссылаться и на старые, давно опубликованные материалы, и на относительно новые. Я не буду каждый раз называть авторов исследования, т.к. в них участвовали все сотрудники лаборатории.
В этой лекции я рассмотрю два вопроса:
  1. Статус для каждого полушария слова как знака. Этот вопрос я рассмотрю подробно.
  2. Статус для каждого полушария изображения как знака. Этот вопрос я рассмотрю менее подробно.

Я постараюсь показать, что разные полушария используют разные знаки и занимают разные позиции по отношению к одинаковым знакам.